К 130-летию со Дня рождения Раевского Н.А.
Гвозди б делать из этих людей:
Крепче б не было в мире гвоздей.
Н.С. Тихонов, «Баллада о гвоздях»
Раевский Николай Алексеевич (12.07.1894 – 11.12.1988), участник Первой мировой и Гражданской войн, русский офицер, ученый-биолог, мемуарист, писатель, автор книг об А.С. Пушкине.
Николай Алексеевич Раевский родился в городе Вытегре Олонецкой губернии в семье судебного следователя Петрозаводского окружного суда. По отцовской линии Николай Алексеевич принадлежал к одному из дворянских родов Петербургской губернии, по материнской – к олонецкой ветви старинного дворянского рода Пресняковых.
Окончив в 1913 году Каменец-Подольскую гимназию с золотой медалью, Раевский стал студентом естественного отделения физико-математического факультета Санкт-Петербургского Университета. После начала Первой мировой войны, когда Раевскому становиться понятно, что война затягивается, он в мае 2015 года поступает добровольцем в Михайловское артиллерийское училище. По окончании ускоренного шестимесячного курса прапорщиком отправлен в Запасной мортирный артиллерийский дивизион.
На фронтах Первой мировой войны артиллерист Раевский воевал почти два года в составе третьей батареи первого Финляндского горного артиллерийского дивизиона, сражался против австрийцев и германцев на Юго-Западном и Румынском фронтах. Боевое крещение Раевский получил во время Брусиловского прорыва. В 1916 году прапорщика Раевского производят в чин подпоручика, а в 1917 году — в чин поручика. Осенью 1917 года он заведовал артиллерийской разведкой дивизии и в то же время был оперативным адъютантом командира артиллерии, подготовлявшего прорыв в Карпатах. Был представлены к трем боевым наградам: орден Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость», орденами Святого Станислава 3-й степени и Святой Анны 3-й степени. Войну Раевский закончил на Румынском фронте, к тому времени он был уже опытным боевым офицером, командовал батареей.
После заключения Брест-Литовского мира и расформирования батареи в 1918 году Раевский демобилизуется и уходит в запас. Не находя возможным мириться с новой властью, Раевский в марте 1918 года вновь уходит воевать. Николай Алексеевич, видимо, руководствовался надеждами на то, что держава Скоропадского сможет стать трамплином для воссоздания Российской державы. Поэтому, выбирая из нескольких зол наименьшее, как ему тогда думалось, Раевский оказался в офицерском добровольческом отряде, носившем название «Лубенский курень».
Пробыв недолгое время на службе в гетманских войсках, в сентябре 1918 года Николай Алексеевич принял решение перейти на службу, которая лучше отвечала его представлениям о борьбе за историческую Россию. Он вступает в Южную армию.
После падения Германской империи и поражения России в Великой войне в составе своей части Раевский перешел в Добровольческую армию генерала Деникина, и вплоть до эвакуации в Крым воевал в рядах второй батареи Дроздовской артиллерийской бригады. В 1919 году Николай Раевский был произведен в чин штабс-капитана, а в 1920 — в чин капитана. В марте 1920 года вместе со своей частью капитан Раевский эвакуировался из Новороссийска в Крым, а затем продолжил борьбу против Красной армии в Северной Таврии.
В начале ноября 1920 года в составе Русской армии генерала Врангеля Николай Алексеевич был эвакуирован в Турцию, и до 1 сентября 1921 года находился в лагере армии у небольшого греческого городка Галлиполи — в знаменитом «Голом Поле», как называли его сами белогвардейцы.
В Галлиполи капитан Раевский в школе Дроздовцев преподавал французский язык, а в артиллерийской школе – теорию радиотелеграфа. Николай Алексеевич также был одним из главных инициаторов появления в лагере так называемой «Устной газеты», основной целью которой стали публичные чтения по актуальным вопросам.
В сентябре 1921 года капитан Раевский в составе своей части прибыл в город Орхание (Северная Болгария). Судя по всему, именно в Болгарии Николай Алексеевич впервые ощутил себя писателем, причём таким, на котором лежит историческая ответственность оставить максимально подробное и верное свидетельство о тех событиях, участником и очевидцем которых он был. Именно к этому времени относится написание им первой крупной литературной работы «Рыцари Белой мечты», до сих пор не опубликованной целиком, но ставшей фундаментом для ряда других произведений.
Таким образом, в общей сложности в рядах Белой армии Николай Алексеевич оставался ещё почти четыре года после Крымской эвакуации — во время ее «галлиполийского сидения» и «болгарского стояния».
В 1924 году Раевский переезжает в Чехословакию. В Праге он поступает на естественный факультет Пражского Карлова Университета, где с новыми силами и глубоким интересом погружается в научную работу. В 1930 г. получил в Карловом университете диплом доктора естественных наук.
Галлиполийцев в эмиграции объединяло своеобразное «братство», созданное в 1921 году «Общество галлиполийцев». В Праге члены Общества создали его чехословацкое отделение, названное Галлиполийским землячеством. Раевского избирают в правление Галлиполийского землячества, и он с большим подъемом и вдохновением погружается в его деятельность.
При всей загруженности общественной деятельностью в Галлиполийском союзе и учебой в университете, Раевскому успешно удавалось трудиться в Русском заграничном историческом архиве в Праге и дополнительно подрабатывать, давая частные уроки русского и французского языков. К тому же он почти ежедневно посещал курсы литературной секции Французского института имени Эрнеста Дени, куда поступил еще в 1924 году.
В октябре 1928 года, по воле случая, Раевский знакомится с двумя только что вышедшими томами нового издания писем Пушкина под редакцией Модзалевского. Николай Алексеевич вдруг понимает, что истинное его призвание вовсе не биология, которой он увлекался с детства, а литература и, главным образом, изучение жизни и творчества А.С. Пушкина. Раевский, по его собственному выражению, «остро заболел» Пушкиным и от этого заболевания не излечился до конца своей жизни. Последующие события в жизни Николая Алексеевича, вплоть до ареста и вынужденного отъезда на родину, были так или иначе связаны уже с новой его страстью. Также его всерьез увлекает тема «Пушкин и война»...
В первые же дни нападения гитлеровской Германии на СССР все советские граждане были интернированы из Чехословакии. Из примерно пяти тысяч русских эмигрантов, живших в Праге по так называемым Нансеновским паспортам, несколько десятков человек, считавшихся небезопасными для Германии, в том числе и Раевский, были арестованы Гестапо.
Продержав Николая Алексеевича два с половиной месяца в тюрьме Гестапо, его выпустили под подписку о невыезде из Праги, посчитав белого офицера не опасным. Хотя Раевский сильно переживал, так как перед арестом написал не безопасную для себя статью для французского журнала, где высказал мысли о предательстве антигитлеровской коалиции Чехословакии, озаглавив статью «Пражской войны не будет». Ту статью не успели напечатать, иначе Раевского, скорее всего, не выпустили, а возможно и расстреляли.
Несмотря на оккупацию Праги немцами, Раевский не прекратил свою работу по Пушкину: продолжил давно уже начатое изучение личности графини Фикельмон и ее отношений с Пушкиным, и, одновременно с этим, начал научное исследование под названием «Пушкин в Эрзрумском походе». Он также сделал ряд докладов на пушкинскую тему.
В начале сорок пятого года многие русские эмигранты начали покидать Чехословакию, Николай Алексеевич решает остаться. Десятого мая 1945 года Раевский был арестован СМЕРШом. Через несколько дней Раевскому было объявлено постановление прокурора о привлечении к суду по целому ряду статей, по каждой из которых мог последовать смертный приговор.
Уже в Австрии в курортном городке Бадене состоялся суд. Председательское место занимал полковник, который объявил, что в распорядительном заседании суд отменил все те статьи, по которым было ранее предъявлено обвинение, и теперь Раевский обвиняется только в том, что он содействовал международной буржуазии в ее борьбе с советской властью (статья 58 пункт 4 УК РСФСР ). Полковник прибавил еще, что в исключительно тяжелых случаях по этой статье также может быть применена высшая мера наказания. Далее начался допрос, но прежде, чем перейти к делу, председатель вдруг заявил, что суд желает выслушать сначала рассказ о работах Николая Алексеевича по Пушкину, что для Раевского оказалось совершенно неожиданным. В приговоре также упоминалось о том, что суд считает смягчающими вину обстоятельствами тот факт, что Раевский добровольно поступил во время Первой мировой войны в Михайловское артиллерийское училище и получил три боевых награды. А также то, что, проживая за границей, он не принял иностранного подданства. Раевский был приговорен к лишению свободы в исправительно-трудовых лагерях сроком на 5 лет с поражением в правах сроком на 3 года.
Из австрийского города Бадена Раевского перевезли в маленький венгерский город Шапрон, а в сентябре 1945 года Николай Алексеевич был доставлен в пересылочную тюрьму города Львова. Затем были лагеря недалеко от Краснодона, пересылочная Харьковская тюрьма, сибирский лагерь на станции Решоты…
Раевский, обладая высоким интеллектом и отменным образованием, по распоряжению лагерного начальства в основном выполнял обязанности фельдшера, готовил лекции для заключенных о заразных болезнях и об их профилактике, принимал участие во вскрытиях. Ему даже доверяли подписывать медицинские протоколы, хотя официально он не имел на это права. Николай Алексеевич даже иногда среди заключенных проводил литературные вечера.
Переживая за судьбу своих пушкинских исследований в Чехословакии, Н. Раевский из лагеря направляет подробное письмо в Пушкинский дом Академии наук, в котором подробно описывает свою находку — неизвестное письмо Пушкина. Эта информация вызвала чрезвычайный интерес Пушкинского дома и президиума Академии наук. И вот оттуда непосредственно Министерству государственной безопасности была направлена просьба найти материалы по Пушкину, принадлежащие заключенному контрреволюционеру Раевскому. Документы были найдены и отправлены в Пушкинский дом.
Переписка с Пушкинским домом для Н.А. Раевского оказало благоприятное влияние, и возможно, спасло жизнь. Раевский в своих воспоминаниях пишет, что позже начальник санчасти тюрьмы как-то ему сказал по этому поводу: "Нам приказано выпустить Вас живым и здоровым".
В сибирском лагере Раевский пробыл сравнительно недолго. В мае 1950 года он по имеющейся небольшой возможности выбрать место-поселение после освобождения выслан в Минусинск. В своем выборе Николай Алексеевич руководствовался, прежде всего, тем, что в Минусинске находится знаменитый краеведческий музей имени Н.М. Мартьянова, при котором имеется самая богатая в Сибири, после Томского университета, библиотека. В этом музее он и надеялся поработать.
В Минусинске Николай Алексеевич работал фельдшером в городской больнице. В его обязанности поначалу входил лишь забор крови для анализов. Довольно быстро он снискал уважение в среде коллег, и лаборант Раевский начал принимать активное участие в медицинских конференциях, выступать с научными докладами, причем, диагностируя и фиксируя редкие и необычные случаи заболевания крови. За одиннадцать лет работы в Минусинске он выявил сорок случаев лейкоза крови, практически не поддающегося клиническому диагностированию.
Параллельно Раевский в Минусинске начал активные поиски своих родных. Разыскал свою сестру Софью, близких родных по ветви матери – Пресняковых. Для Раевского это была огромная, ни с чем несравнимая радость, — ведь так мало осталось ниточек, связывающих его с тем далеким и счастливым прошлым.
Со временем Раевскому удалось получить разрешение поработать нештатным сотрудником в Минусинском краеведческом музее им. Н.М. Мартьянова. Раевский проделывает грандиозную работу по восстановлению энтомологических и орнитологических фондов, приводя в порядок коллекции и каталоги, переводит ряд документации с латыни. Раевский совершает вылазки по окрестностям Минусинска и даже отправляется в отдаленные экспедиции для восстановления музейного гербария и коллекции насекомых.
В 1953 году Николай Раевский после принятия закона об амнистии преступникам, осужденным по контрреволюционным статьям, получает паспорт гражданина СССР. В 1961 году после одиннадцати лет, проведенных в Минусинске, перебирается жить в Алма-Ату. Раевский начинает работать в алма-атинском Институте клинической и экспериментальной хирургии. Зная восемь языков (латынь, французский, английский, итальянский, немецкий, украинский, болгарский, чешский), Николай Алексеевич выполнял переводы статей по разным разделам хирургии, составлял библиографию работ по щитовидной железе, на иностранных языках, занимался созданием музея по истории хирургии Казахстана, даже некоторое время заведовал им.
Одновременно с научной работой Раевский продолжает заниматься литературой и пушкинскими исследованиями. В возрасте семидесяти лет в 1965 году выходит первая книга Николая Алексеевича о Пушкине «Если заговорят портреты». В 1974 году выходит вторая книга – «Портреты заговорили», ставшая бестселлером: во время СССР она была переиздана общим тиражом около 2 миллионов экземпляров. А затем другие произведения: «Друг Пушкина Павел Воинович Нащокин», романы «Последняя любовь поэта» и «Джафар и Джан».
В 1975 году Раевского принимают в члены Союза писателей СССР, а в 1984 году ему было присуждено звание заслуженного работника культуры КазССР, вручена медаль Ветерана труда. Николай Алексеевич в тесном кругу говорил по этому поводу: «Кто бы мог подумать! Если бы мне в молодости кто-нибудь сказал, что я, белогвардейский офицер, контрреволюционер, непримиримый борец с советской властью, получу от Советского государства эти награды, я бы рассмеялся ему в лицо».
Умер Раевский Н.А. в Алма-Ате в 1988 году на 94-м году жизни. На памятнике, как он и просил, выбита надпись: «Раевский Николай Алексеевич. Артиллерист. Биолог. Писатель».
Посмертные публикации Николая Алексеевича Раевского в основном связаны с трагическими страницами Гражданской войны в России. С 2020 по 2023 годы вышли официальные переиздания мемуаров Раевского: «1918 год», "Белый исход глазами офицера армии Врангеля», «Русский гарнизон в Болгарии. Орхание - София – Прага», «Дневник галлиполийца». В основу этих произведений Раевский положил свои дневниковые записи, которые он вел со дня начала Гражданской войны и в годы белой эмиграции: от кратковременной службы Раевского в составе гетманской армии до «болгарского стояния» Русской армии в 1921–1923 годах. Ценность этих произведений заключается и в том, что данные переиздания вышли с полным объемом дневниковых записей Раевского, раскрыты и расшифрованы некоторые полные имена тех, кого автор предпочел ранее скрыть.
Следует отметить, что в июне 2024 года, к 225-летию со дня рождения А.С. Пушкина, вышло переиздание книги Н.А. Раевского: «Портреты заговорили. Пушкин, Фикельмон и Дантес». Уникальность настоящего издания заключается в значительно расширенном и дополненном рядом новых материалов по сравнению с предыдущими. Книга содержит большое количество редких иллюстраций и является последней прижизненной редакцией автора.
Более полная информация о жизни и творчестве Н.А. Раевского размещается на Официальном сайт Раевский Н.А.
Материал предоставлен:
Акимов Алексей Георгиевич, реконструктор военно-исторического клуба «Сводно-Офицерский генерала Маркова полк», внучатый племянник Н.А. Раевского
Беликова Елена Ивановна, приемная дочь Н.А. Раевского.
Раевский в Галлиполи, 1921 г. Раевский Н.А. обведен красным кружком.
«Устная газета», Галлиполи. К-н Раевский читает доклад «Обзор французской печати и американских журналов»
Удостоверение Раевского на право ношения знака Галлиполи, г. Орхание, 1922 г.
Правление Галлиполийского землячества в Чехословакии, 1924-1925 гг. Раевский Н.А. обведен красным кружком.
Членский билет Галлиполийского землячества в Чехословакии, выданный Николаю Алексеевичу Раевскому, 1924 Прага
Председатель Русского общевоинского союза генерал Кутепов А.П. с членами РОВСа в Праге. Раевский Н.А. обведен красным кружком.
Членская карточка РОВСа Раевского Н.А., Прага, 1930 г.
Рапорт о просьбе квартирной хозяйки Раевского заплатить за комнату в связи с тем, что он сидит в Гестапо, Прага, 1941 г.
Разрешение, выданное Н.А. Раевскому в Гестапо на право проживания в Праге с ограничением передвижения, 1941 г.
Раевский за работой в краеведческом музее им. Мартьянова, Минусинск, 1959 г.
Раевский на работе в Институте экспериментальной и клинической хирургии, Алма-Ата, 1966 г.
Раевский Н.А., Алма-Ата, 1987 г.
Обложка книги Н.А. Раевского: «Портреты заговорили…», переизданной в июне 2024 г.